Как и национальная оборона, создание и управление национальной валютой является суверенным правом государства. Никто не обладает большей властью влиять на нашу экономику и финансовые системы, чем наши центральные банки.
Наблюдение за взглядами и планами центральных банкиров мира отчасти напоминает кремлинологию. Хотя их наиболее чувствительные для рынков решения принимаются за закрытыми дверями, значительная часть их соображений вполне доступна. Публикуются исследования и аналитические записки, которые питают целую индустрию журналистов и аналитиков, освещающих деятельность Банка Англии, ФРС, Европейского центрального банка, Денежно-кредитного управления Сингапура и всех остальных.
Начиная с начала 1980-х годов, раз в год, среди живописных гор Вайоминга, приоткрывается завеса над многими фоновыми соображениями и планированием политических позиций. Там собираются несколько сотен экономистов и центральных банкиров, чтобы пообщаться, отвлечься от повседневной работы и обсудить представленные по приглашению исследования. Цель состоит в том, чтобы согласовать денежно-кредитную политику и другие задачи центральных банков с постоянно меняющейся экономикой. События могут повлечь корректировку курса в последующие дни и месяцы, однако публичная информация, которой делятся на ежегодном Jackson Hole Symposium, имеет большое значение для членов Всемирного альянса и входящих в них организаций.
Как и в 2020 году, в этом году симпозиум прошел в виртуальном формате. Центральный вопрос заключался в том, как направлять макроэкономическую политику в период неравномерного экономического роста. Программа доступна онлайн, включая произнесенные речи и презентации экономистов. Стоит рассмотреть темы нескольких сессий, а также привести более подробные цитаты из выступления председателя Федеральной резервной системы США Пауэлла.
Суть проблемы состоит в том, как инструменты центрального банка и фискальной политики правительства могут применяться для удовлетворения совершенно разных потребностей секторов экономики с различными темпами роста как внутри страны, так и в мировой экономике. Один набор ставок и инструментов денежно-кредитной политики и дополняющие его налоговые меры должны учитывать интересы экономик, перевернутых пандемией Covid, а это попросту не получается легко или равномерно. Эта базовая проблема существовала для них исторически, но в 2020 году и снова в этом году она проявилась гораздо острее: пандемия Covid резко усилила неравномерность, а значит, и вызовы для лиц, определяющих политику.
Что касается денежно-кредитной политики, «Кризис Covid-19 стал суровым напоминанием о том, что некоторые макроэкономические шоки могут по-разному воздействовать на различные секторы. Неравномерные шоки создают серьезные вызовы для политики, поскольку разные секторы могут страдать от противоположных проблем: в одних может наблюдаться недостаточный спрос и безработица, тогда как другие могут сталкиваться с ограничениями предложения, вызывающими дефицит и инфляционное давление. Как денежно-кредитная политика должна реагировать на подобную ситуацию? Является ли оптимальным ответом ориентация на среднеэкономические показатели инфляции и разрыва выпуска, или же асимметрии между секторами требуют отклонения от стандартных рекомендаций в ту или иную сторону?»[1]
Таблицы и графики с глобальными данными на слайдах, подготовленных Гитой Гопинат, экономическим советником Международного валютного фонда, особо представлены на сайте симпозиума и представляют ценность для аудитории Всемирного альянса. Она показывает, как руководители, определяющие политику, отреагировали беспрецедентной совместной денежно-кредитной и фискальной поддержкой, чтобы поддержать резко падающий объем производства, и сравнивает их реакцию в 2020 году с реакцией во время глобального финансового кризиса 2008–2009 годов. Проводимая сейчас политика вызвала обеспокоенность уровнем долга и возвращением более высокой инфляции. Г-жа Гопинат показывает, как неблагоприятные побочные эффекты денежно-кредитной политики для разных секторов и стран могут усугубить расхождение темпов восстановления в пространстве и во времени. Она описывает сохраняющиеся вызовы, поскольку структурные факторы, как ожидается, будут удерживать реальные процентные ставки на низком уровне, и в заключение оценивает, насколько успешно власти справились с управлением экономикой. Кроме того, она добавляет важнейшее напоминание для всего мира: эта неравномерность еще сильнее ударит по развивающимся странам, учитывая их относительную нехватку ресурсов и, следовательно, меньшую способность к устойчивости.
Доллар США, его стоимость и издержки по-разному влияют на сообщество Всемирного альянса, поэтому стоит рассмотреть вопросы, поднятые председателем ФРС Пауэллом.
«Мощная поддержка со стороны политики подпитала энергичное, но неравномерное восстановление, которое во многих отношениях является исторически аномальным. Вопреки типичным закономерностям спада, совокупный личный доход не снизился, а вырос, и домохозяйства массово переключили свои расходы с услуг на промышленные товары. Бурный спрос на товары, а также сила и скорость возобновления экономической активности привели к дефициту и узким местам, и ограниченное COVID предложение оказалось не в состоянии поспевать за спросом. Результатом стала повышенная инфляция на товары длительного пользования — в секторе, где за последние четверть века годовой уровень инфляции был значительно ниже нуля. Условия на рынке труда улучшаются, но остаются нестабильными, а пандемия продолжает угрожать не только здоровью и жизни людей, но и экономической активности».
ФРС уделяет большое внимание занятости: «В последние месяцы перспективы рынка труда значительно улучшились. После спада прошлой зимой прирост рабочих мест стабильно увеличивался в течение этого года и в среднем за последние три месяца составляет 832,000, из которых почти 800,000 приходится на сферу услуг… Общий темп найма выше, чем когда-либо за весь период наблюдений до пандемии. Число вакансий и увольнений по собственному желанию находится на рекордно высоком уровне, а работодатели сообщают, что не могут заполнять вакансии достаточно быстро, чтобы удовлетворить восстанавливающийся спрос».
Что касается перспектив инфляции, которые так широко обсуждались в прессе, по мнению председателя, повсеместное инфляционное давление по-прежнему отсутствует. В условиях столь быстрого восстановления экономики дефицит отдельных товаров и услуг резко вырос, но с тех пор ослабевает. Несмотря на рекордное число вакансий и нехватку рабочей силы во многих секторах, данные ФРС почти не указывают на то, что по мере дальнейшего восстановления рынка труда возникнет устойчивое инфляционное давление со стороны заработной платы. ФРС ищет индикаторы возможного роста долгосрочных инфляционных ожиданий, но пока почти не видит их на горизонте. Напротив, начиная с 1990-х годов во многих сферах экономической жизни действуют дезинфляционные силы.
В целом двумя ключевыми инструментами ФРС являются покупки активов и процентные ставки. ФРС намерена прекратить приобретение новых облигаций. Учитывая ту огромную осторожность, с которой центральные банкиры выражают свои мысли, и на то есть очень веские причины, лучше всего процитировать председателя напрямую:
«Даже после завершения наших покупок активов наши значительные запасы долгосрочных ценных бумаг будут и далее поддерживать мягкие финансовые условия…..
Сроки и темпы предстоящего сокращения покупок активов не будут призваны служить прямым сигналом относительно сроков начала повышения процентных ставок, для которого мы сформулировали иной и существенно более строгий критерий. Мы заявили, что будем сохранять целевой диапазон ставки по федеральным фондам на текущем уровне до тех пор, пока экономика не достигнет условий, соответствующих максимальной занятости, а инфляция не достигнет 2 процентов и не будет на пути к тому, чтобы в течение некоторого времени умеренно превышать 2 процента. Нам предстоит пройти еще долгий путь до максимальной занятости, и время покажет, достигли ли мы устойчивой инфляции на уровне 2 процентов».
Вот и все: в эпоху Covid, при глобализации как болезней, так и производства товаров и услуг, эти довольно грубые инструменты в руках наших центральных банков во многом позволили ограничить ущерб для нашей экономики с начала 2020 года. Несомненно, в будущем потребуется не меньшая осторожность, учитывая неравномерность нашего роста как по секторам внутри стран, так и между странами. Именно с этим нам и предстоит работать.
[1] «Monetary Policy in Times of Structural Reallocation», Вероника Гуэрриери, Chicago Booth; Гвидо Лоренцони, Northwestern; Людвиг Штрауб, Harvard; и Иван Вернинг, MIT, представлено на Jackson Hole Economic Symposium в августе 2021 года.
Опубликованные здесь статьи отражают мнение их авторов, которое не обязательно совпадает с позицией Всемирного альянса.